Загадочные явления часть 5

Загадочные явления часть 5

Загадочные явления Южной Америки: В поисках Эльдорадо. Каменные шары в сельве. Загадочные головы «каучуковых людей». «Говорящие кресты» майя.
5.02.2017 / 11:15 | Варвара Покровская

В поисках Эльдорадо

 

Туземцы сотнями сходились на берега глубокого черного озера, лежавшего на высоте 2700 метров над уровнем моря, в жерле потухшего вулкана. Вскоре началась торжественная церемония, и индейцы притихли, наблюдая, как жрецы снимают с правителя одежды, обмазывают его обнаженное тело глиной и осыпают золотым песком. Спустя несколько минут правитель, по словам испанского летописца, превратился в Эльдорадо, Золотого человека, и его подвели к бальсовому плоту, на котором уже ждали четыре вождя. Нагруженный подношениями в виде золотых изделий и изумрудов, плот медленно скользнул к середине озера.

Сотрясавшие окрестные горы музыка и пение стихли. Вожди опустили подношения в воды озера, и следом с плота спрыгнул правитель. Когда он снова показался на поверхности, золотого кокона уже не было. Со склонов гор опять грянула музыка.

Хуан Родригес – испанец, столь ярко описавший эту сцену, не был ее очевидцем. В 1636 году, когда он создавал свое произведение, обряд Золотого человека уже отошел в прошлое, да и неизвестно, отправляли ли его вообще когда-нибудь. За сто лет до описываемых событий испанские конкистадоры в поисках легендарных индейских сокровищ вторглись на взгорья современной Колумбии, но сколь-нибудь значительных сокровищ не нашли. Зато с большим успехом искоренили туземную культуру народа чибча.

Относительная легкость, с которой Эрнан Кортес покорил в 1521 году империю ацтеков в Мексике, а Франсиско Писарро 12 лет спустя поставил на колени инков, возбудила захватнические и грабительские аппетиты других европейцев. В 1536 году около девяти сотен белых искателей приключений в сопровождении большого количества туземных носильщиков выступили из поселения Санта-Марта на северо-восточном побережье Колумбии. Экспедиция хотела пройти вверх по течению реки Магдалена, добраться до ее истоков, отыскать новый путь через Анды в Перу и, если повезет, открыть еще одну туземную империю, которую можно было бы подвергнуть разорению и грабежу. Предводителем этого похода стал суровый и набожный помощник губернатора провинции, тридцатишестилетний стряпчий из Гранады Гонсало Хименес де Квесада.

Одиннадцать месяцев его люди терпели неимоверные лишения, орудовали мачете, прорубая себе путь сквозь непроходимые заросли, преодолевали топи, бредя по пояс в воде по местности, кишевшей ядовитыми змеями, аллигаторами и ягуарами. Невидимые туземцы осыпали их из засад дождем отравленных стрел. Горе-захватчики голодали, страдали от лихорадки и мерли как мухи, а оставшиеся в живых кормились лягушками и ящерицами. Наконец, Хименес де Квесада принял решение повернуть назад, но тут его полуживое воинство числом менее двух сотен человек выбралось на плато Кундинамарка. Перед ошеломленными незваными гостями лежали ухоженные кукурузные и картофельные поля и аккуратные хижины богатых, судя по всему, деревень. Доносился мелодичный перезвон колеблемых ветром тонких золотых пластин, висевших над дверьми. Европейцам, по их собственному признанию, еще никогда не доводилось слышать столь сладостной музыки. После долгих мытарств они, наконец, достигли родной страны индейцев чибча.

Испугавшись чужаков, и в особенности их лошадей, многие туземцы предпочли уклониться от знакомства с пришельцами и покинули свои поселения. Но остальные приветствовали европейцев как спустившихся с неба богов, предложили пищу, женщин и, главное, столь желанное золото. Презренный металл не считался у чибча какой-то особой ценностью. Они выменивали его у соседних племен на изумруды и соль, которых в здешних местах было вдоволь. О стоимости золота туземцы не имели ни малейшего понятия, но ценили его за блеск и плавкость, позволявшую местным мастерам делать тонкие украшения, утварь и культовые предметы.

Алчным европейцам оказалось мало дружеских даров, и они начали грабить. Дубинки и копья чибча не могли сдержать захватчиков, вооруженных изрыгающими пламень орудиями, и спустя несколько месяцев Хименес де Квесада подчинил себе весь здешний край, потеряв при этом одного солдата.

Но испанцам сразу не удалось выведать, откуда чибча получают золото. Прошло немало времени, прежде чем один старый индеец (вероятно, под пыткой) поведал им тайну Эльдорадо, Золотого человека. Чтобы добыть несметные сокровища, надо идти на восток, к горным твердыням, за которыми притаилось озеро Гуатавита. Именно там, сообщил старик легковерным испанцам, один из вождей ежегодно передает богам подношения индейцев, опуская в воды озера золото и изумруды, а потом, покрыв тело золотым песком, ныряет в озеро сам, чтобы присовокупить свой дар к пожертвованиям соплеменников.

Правда? Легенда? Уловка, призванная отвлечь захватчиков от разграбления родной страны? Как бы там ни было, история старика произвела на европейцев огромное впечатление. Эльдорадо вошел в историю конкисты и вскоре превратился из Золотого человека в Эльдорадо – предмет вожделения сонма золотоискателей, страну сказочных сокровищ, которая, как это обычно бывает, лежит «за следующей горой» или «на том берегу ближайшей речки».

Прежде чем повести своих людей на поиски Золотого человека, Хименес де Квесада решил вернуться в Санта-Марту и утвердиться на посту губернатора покоренных им нагорий, которые он уже переименовал в новую Гранаду. Но в феврале 1539 года в горы пришла весть о новой экспедиции европейцев, приближавшейся с северо-востока к только что основанной Хименесом столице Санта-Фе-де-Богота.

Вновь прибывшие оказались ватагой из 160 человек, возглавляемой немцем по имени Николае Федерманн, который действовал по поручению торгового дома «Вельзер» из Аугсбурга. В знак признательности за денежную помощь при выборах императора Священной Римской империи король Испании Карл I отдал дому «Вельзер» провинцию Венесуэла. В поисках еще «свободного» туземного царства Федерманн выступил из прибрежного поселения Коро спустя несколько месяцев после того, как Хименес де Квесада покинул Санта-Марту. Два с лишним года искал немец проход через горный хребет на плато Кундинамарка. Хименес встретил изможденных, полумертвых от голода и почти голых незнакомцев настороженно, но предложил им еду и одежду, потому что надеялся на помощью вновь прибывших во время вторжения на землю Эльдорадо.

Пока он ломал голову, как лучше использовать немцев, пришла весть о приближении с юго-запада еще одного отряда, возглавляемого Себастьяном де Белалькасаром, ближайшим помощником завоевателя Перу Франсиско Писарро.

Белалькасар преследовал остатки отступавшего на север войска инков. Загнав их в Эквадор, он основал там город Кито, но по пути тоже прослышал о баснословных богатствах, спрятанных во внутренних районах страны. Приблизительно в то же время, когда Хименес де Квесада покинул Санта-Марту, Белалькасар выступил из Кито в долгий поход на север. Он прибыл в Санта-Фе-де-Богота с отрядом хорошо экипированных и вооруженных европейцев, многие из которых ехали на прекрасных лошадях, и с целой оравой туземных наемников. Белалькасар принес с собой серебряную столовую посуду и пригнал 300 свиней, которые пришлись весьма по вкусу истосковавшимся по мясу европейцам, прибывшим на плато раньше. По невероятному совпадению, в каждом из трех отрядов было по 166 человек, и общая численность воинства составила 498 солдат.

Между предводителями начался спор о преимущественном праве на завоевание очередной туземной империи. Не достигнув соглашения, все трое отправились в Испанию, чтобы изложить свои претензии королю. Тем временем торговый дом «Вельзер» лишился Венесуэлы, захваченной очередным испанским авантюристом, и в итоге оставшийся не удел Федерманн умер в нищете. Белалькасару была пожалована должность главы одного из городов, основанных им по пути в Санта-Фе-де-Богота, но его звезда тоже закатилась, и кончил он плохо. Хименес де Квесада так и не получил поста губернатора и был вынужден довольствоваться почетным воинским званием маршала Новой Гранады. Он дожил до 80 лет и ни на миг не расставался с мечтой найти страну Золотого человека. Но дни его славы были уже в прошлом.

Пока трое спорщиков обменивались претензиями в присутствии короля Испании, поиски Эльдорадо продолжались. Первым, кто предпринял попытку достать со дна озера Гуатавите якобы лежащие там сокровища, был Эрнан-Перес де Квесада, брат завоевателя Новой Гранады. В сухой сезон 1540 года он велел своим людям сделать из тыкв ковши и вычерпать из озера всю воду. За три месяца кропотливых трудов ему и впрямь удалось понизить уровень воды приблизительно на три с половиной метра и извлечь на свет более трех тысяч мелких золотых изделий, но добраться до середины озера, где предположительно лежала львиная доля сокровищ, испанцы так и не сумели.

Сорок лет спустя была предпринята еще более дерзкая попытка осушить озеро. Зажиточный купец из Боготы нанял несколько тысяч туземцев, чтобы прорыть отводной канал в толще одного из холмов. Когда работа была сделана, уровень воды понизился на 20 метров. На обнажившемся участке дна был найден изумруд размером с яйцо и множество золотых безделушек, но этой добычи не хватило даже на оплату издержек. Еще один искатель сокровищ тоже попытался прорыть туннель, но был вынужден отказаться от этой затеи, когда свод обвалился и почти все рабочие погибли.

Однако легенда о Золотом человеке оказалась живучей и даже привлекла внимание немецкого естествоиспытателя Александра фон Гумбольдта, посетившего Колумбию в составе научной экспедиции в начале XIX века. Хотя его интерес к сокровищам был чисто теоретическим, Гумбольдт подсчитал, что воды озера Гуатавита, возможно, скрывают золото на сумму 300 миллионов долларов. Ученый исходил из предположения, что за сто лет в обряде приношения даров приняли участие 100 тысяч человек, и каждый из них бросил в озеро пять золотых предметов.

Последняя попытка осушить озеро была предпринята в 1912 году, когда британские кладоискатели привезли на его берег громадные насосы. Им удалось откачать почти всю воду, но мягкий ил на дне тотчас засасывал всякого, кто отваживался спуститься в котловину. На другой день донный ил высох и сделался твердым, как бетон. Затратив на предприятие 160 тысяч долларов, британцы извлекли из озера золотые украшения на сумму 10 тысяч. А в 1965 году колумбийское правительство объявило озеро Гуатавита национальным историческим заповедником и положило конец всяким попыткам добраться до его дна.

В 1541 году, спустя пять лет после начала похода Белалькасара, Гонсало Писарро, брат покорителя Перу, тоже покинул Кито и пустился на поиски Эльдорадо, богатой, по слухам, не только золотом, но и очень дорогой в те времена корицей. Вскоре к Писарро присоединился солдат удачи по имени Франсиско де Орельяна. Но как только экспедиция преодолела Анды и отправилась на восток, в сельву, спутники расстались. Писарро в конце концов вернулся в Кито, а Орельяна пошел вдоль широкой спокойной реки и добрался до побережья Атлантики. По пути он набрел на туземное племя, женщины которого владели луком и стрелами значительно лучше, чем мужчины. Вспоминая древнегреческую легенду о воительницах, Орельяна назвал эту реку Амазонкой.

По следам Писарро и Орельяны отправились другие испанские авантюристы, которые расширили зону поиска Золотого человека до устья Амазонки и Ориноко. Одним из самых упорных искателей был Антонио де Беррио, губернатор междуречья. Подобно своим предшественникам, он был убежден, что предмет поисков лежит на дне одного из высокогорных озер, но гораздо восточнее, в горах Гвианы, куда отступили побежденные инки и где они основали легендарный город Маноа, улицы которого, по слухам, была вымощены золотом.

За 11 лет, с 1584 по 1595 год, Беррио трижды возглавлял экспедиции в Гвиану. Во время третьего похода он добрался до острова Тринидад, где повстречал сэра Уолтера Рейли, пытавшегося восстановить свою утраченную славу колонизатора. Англичанин подпоил Беррио, выведал у него тайну Эльдорадо и, подвергнув испанца временному заточению, вернулся на родину, где написал восторженный отчет об Эльдорадо, как он называл царство Золотого человека. Рейли поверил Беррио на слово и пылко утверждал, что Эльдорадо куда богаче Перу. Книга Рейли не возбудила особого интереса к Маноа, а его собственная попытка отыскать Эльдорадо завершилась неудачей.

Более четырехсот лет история о Золотом человеке (вероятно, силой выведанная из старого туземца, готового сказать что угодно, лишь бы спровадить европейцев прочь) будоражила воображение золотоискателей. Никто из них, разумеется, не нашел ни озера с золотым дном, ни города с золотыми мостовыми. Все обнаруженное ими золото существовало лишь в виде причудливых украшений и убранства, не отвечавших европейским стандартам тонкого вкуса. Поэтому большую часть изделий попросту переплавляли, а слитки отправляли на родину. То немногое, что сохранилось в первозданном виде, сейчас хранится в музеях.

Сколько ни шныряли европейцы по горам, джунглям и саваннам Южной Америки, но так и не смогли утолить свою ненасытную алчность. По счастью, в ходе поисков они чуть ли не случайно составили подробные карты почти всего континента. Жажда золота помогала им выносить чудовищные тяготы и лишения в чужом краю, приспосабливаться к суровым погодным условиям, выживать среди далеко не дружелюбно настроенных туземцев, которые на свою беду оказались обладателями столь высоко ценимого европейцами желтого металла. Индейцы никак не могли взять в толк, почему пришельцы так жаждут заполучить эти блестящие безделушки, предназначенные для украшения домов и святилищ. От холода они не спасают, голод не утоляют, удовольствия не доставляют. Это повергало индейцев в полную растерянность. Но не европейцев. Они уже знали, что такое рыночные отношения, и оттого с такой готовностью уверовали в Золотого человека, который если и был вообще, то сгинул задолго до того, как они принялись разыскивать его.

 

Каменные шары в сельве

 

В местности Пальмар, в самом юго-восточном углу Коста-Рики и неподалеку от границы с Панамой, покоятся несколько дюжин странных каменных шаров, диаметром от полутора до двух метров. Они хаотично разбросаны по территории, которая некогда представляла собой непроходимые джунгли, в двенадцати милях от побережья Тихого океана. Возможно, этих шаров несколько сотен, может быть – несколько тысяч. Некоторые полностью или частично лежат на поверхности. Кроме того, это место исследовано отнюдь не досконально, и как они распределены по поверхности, неизвестно.

Эти сферы сделаны из очень твердой вулканической породы, которая встречается в горах в глубине страны, но там шаров не обнаружено. Все они почти идеально круглые. Некоторые лежат на земле, некоторые полузасыпаны, а несколько шаров покоится на постаментах из мелких камней и валунов. Под некоторыми из этих постаментов было найдено несколько очень характерных гончарных изделий, относящихся к местной культуре. В нескольких случаях отдельные камни или же группы камней располагались строго по одной линии.

Возраст загадочных сфер составляет около пятисот лет. Если допустить, что они изготовлены искусственным путем, то это – титанический труд. Во имя чего?

Доктор Самуэль Лотроп, в 1954 году впервые исследовавший каменные шары, предположил, что они представляют собой своего рода карту взаимного расположения небесных светил. Однако дальше этого предположения он не пошел и на вопрос, зачем и кому понадобилась такая карта, ответа не дал. Впрочем, «астрономическая» версия происхождения каменных шаров базируется на достаточно серьезном фундаменте – индейцы майя, чья культура распространялась до самого Панамского перешейка, были выдающимися астрономами, и в этом от них не отставали другие индейские племена. Они точно разделили год на сезонные циклы, наблюдали за движением планет и составили карты звездного неба с более или менее фиксированными координатами небесных объектов. Но зачем им понадобилось выкладывать огромную «карту звездного неба», да еще из трудоемких в изготовлении каменных шаров и именно в этом месте? Ни долгота, ни широта данной местности не имеют какого-то специфического значения. Вдобавок эта местность сильно пересечена, в отличие от других древних обсерваторий – например, Стоунхенджа, – и шары не лежат на одной плоскости, а в беспорядке раскиданы по склонам и скатам.

К «астрономической» версии о назначении шаров ближе других стоит другая гипотеза —«топографическая». По мнению ее сторонников, каменные шары играли роль ориентировочных знаков при топографической съемке местности либо служили триангуляционными пунктами или временными фиксированными границами. Надо иметь в виду, что, закладывая свои города, майя проводили поразительно точные топографические съемки и разметку территории будущего города. Помимо того, что шарообразная форма удобна для перемещения таких «знаков» с места на место, ничего удивительного в их массивности нет. Дело в том, что крупнейший знаток цивилизации майя, археолог доктор Морли, заметил, что экономика майя являлась так называемой «кукурузной экономикой» – главной сельскохозяйственной культурой была кукуруза (маис). Возделывание кукурузы в тропиках занимает всего несколько дней в году, в результате чего у населения остается масса свободного времени – девяносто процентов времени ему попросту нечем занимать себя. Отсюда – такое характерное для цивилизации майя обилие монументальных сооружений, сложных, требующих много времени ритуалов и обрядов, развитые познания в астрономии, медицине и других областях. Майя могли себе это позволить!

Среди различных гипотез о назначении загадочных шаров самая экзотическая – та, что эти сферы являлись… деньгами! Дело в том, что на некоторых островах Тихого океана до сих пор пользуются каменными деньгами. Эти каменные деньги имеют вид жерновов или шлифовального круга. Несмотря на то что поднять такую «денежку» могут только несколько человек, каменные «монеты» олицетворяют собой самую совершенную денежную систему человечества!

Камень был одним из первых предметов, которые стали использовать в качестве денег. Чтобы добыть, обработать и перевезти каменный жернов или, в нашем случае, шар, надо затратить много сил, времени и средств. Таким образом, когда камень попадает в распоряжение владельца, он уже обладает вполне конкретной стоимостью. Все знают, что такой-то человек имеет каменный шар, более того – все такие шары известны всему обществу. Украсть такое сокровище невозможно и незачем: реализовать камень все равно не удастся, ведь он всем прекрасно известен. Зато шар можно продавать, покупать, закладывать и производить любые финансовые операции, причем вовсе нет необходимости физически перемещать камни от владельца владельцу – пусть лежат там, где требуется. Таким образом, эти камни одновременно являются капиталом, банками и разменной монетой. Финансовая система, основанная на обращении этих камней, представляется необыкновенно надежной!

Эта гипотеза, кстати, и объясняет, почему каменные сферы имеют разный размер – по той же причине, почему разный размер имеют монеты. А почему для этих денег избрана такая необычная форма – шар? Во-первых, сфера – символ идеала и, таким образом, обладает своего рода «священностью»; во-вторых, сделать сферу очень трудно, и вложенный в нее труд тем самым определяет ее ценность. В-третьих, шары удобнее транспортировать – ведь майя не знали колеса или, по крайней мере, не пользовались им.

Но возможно, что разгадка тайны лежит на поверхности. Геологи утверждают, что «каменные шары» встречаются не только в Коста-Рике, а почти повсеместно. Например, в Казахстане при разработке песчаного карьера на достаточно большой глубине было обнаружено несколько крупных каменных сфер. Каменные шары найдены в Мексике, США, Бразилии, Танзании, Румынии, Египте, на Земле Франца-Иосифа. Геологи, минералоги и геофизики считают, что шары образовались за счет простой кристаллизации, распространяющейся, как свет от лампочки, равномерно во все стороны, по сфере, все дальше и дальше от исходного центра кристаллизации. Возможно и то, что шары – следы Великого оледенения и образовались естественным путем в результате прохождения ледников. Кстати, абсолютно круглые валуны встречаются и в складках каменного ложа горных рек – быстрое течение, вращая камни, со временем превращает их в сферы. Но пока это тоже одна из версий…

 

Загадочные головы «каучуковых людей»

 

Около трех тысячелетий назад на берегу Мексиканского залива возникла индейская культура, получившая название ольмекской. Это условное наименование было дано по имени ольмеков – небольшой группы индейских племен, живших на этой территории гораздо позже, в XI—XIV веках. Само название ольмеки, что означает «каучуковые люди», – ацтекского происхождения. Ацтеки назвали их так по имени области на побережье Мексиканского залива, где производился каучук и где жили современные им ольмеки. Так что собственно ольмеки и ольмекская культура – совсем не одно и то же. Это обстоятельство чрезвычайно трудно понять неспециалистам типа Г. Хэнкока, посвятившего ольмекам в своей книге «Следы богов» немало страниц. Подобные публикации только запутывают проблему, ничего в то же время не объясняя по существу дела.

Цивилизация древних ольмеков, начало которой восходит ко второму тысячелетию до н.э., прекратила свое существование в первые годы нашей эры и за полторы тысячи лет до расцвета империи ацтеков. Ольмекскую культуру называют иногда «матерью культур» Центральной Америки и самой ранней цивилизацией Мексики.

Как это ни странно, несмотря на все усилия археологов, нигде в Мексике, как и вообще в Америке, до сих пор не удалось обнаружить никаких следов зарождения и эволюции цивилизации ольмеков, этапов ее развития, места ее возникновения, как будто этот народ появился как уже сложившийся. Совершенно ничего не известно ни о социальной организации ольмеков, ни об их верованиях и ритуалах – кроме человеческих жертвоприношений. Мы не знаем, ни на каком языке говорили ольмеки, к какой этнической группе они принадлежали. А чрезвычайно высокая влажность в районе Мексиканского залива привела к тому, что не сохранилось ни одного скелета ольмеков.

Культура древних ольмеков была такой же «кукурузной цивилизацией», как и остальные доколумбовы культуры Америки. Главными отраслями хозяйства являлись земледелие и рыболовство. До наших дней дошли остатки культовых сооружений этой цивилизации – пирамид, платформ, статуй. Древние ольмеки вырубали каменные блоки и высекали из них массивные скульптуры. Некоторые из них изображают огромные головы, известные сегодня как «головы ольмеков». Эти каменные головы – самая большая загадка древней цивилизации…

Монументальные скульптуры весом до 30 тонн изображают головы людей с несомненно негроидными чертами лица. Это практически портретные изображения африканцев в плотно прилегающих шлемах с ремешком на подбородке. Мочки ушей проткнуты. Лицо прорезано глубокими морщинами по обеим сторонам носа. Уголки толстых губ загнуты вниз.

Несмотря на то что расцвет ольмекской культуры приходится на 1500—1000 годы до н.э., уверенности в том, что головы были высечены именно в эту эпоху, нет, поскольку радиоуглеродная датировка кусочков угля, найденных рядом, дает лишь возраст самих угольков. Возможно, каменные головы намного моложе.

Первую каменную голову обнаружил в 1930-е годы американский археолог Мэтью Стирлинг. Он писал в своем отчете: «Голова была высечена из отдельной массивной базальтовой глыбы. Она покоилась на фундаменте из необработанных каменных глыб. Будучи расчищена от земли, голова имела довольно устрашающий вид. Несмотря на значительный размер, она обработана очень тщательно и уверенно, ее пропорции идеальны. Уникальное явление среди скульптур аборигенов Америки, она примечательна своим реализмом. Черты ее отчетливы и явно негритянского типа».

Кстати, Стирлинг сделал и еще одно открытие – он обнаружил детские игрушки в виде собачек на колесиках. Эта невинная, на первый взгляд, находка на самом деле явилась сенсацией – ведь считалось, что цивилизации доколумбовой Америки колеса не знали. Но, оказывается, на древних ольмеков это правило не распространяется…

Впрочем, вскоре оказалось, что и индейцы майя, южные современники древних ольмеков, тоже делали игрушки на колесиках, но колесо в своей хозяйственной практике не применяли. Большой загадки тут нет – корни такого игнорирования колеса уходят в менталитет индейцев и в их «кукурузную экономику». В этом плане древние ольмеки мало отличались от других индейских цивилизаций.

Помимо голов, древние ольмеки оставили многочисленные образцы монументальной скульптуры. Все они высечены из базальтовых монолитов или другого прочного камня. На ольмекских стелах можно видеть сцены встречи двух явно различных человеческих рас. Одна из них – африканцы. А в одной из индейских пирамид, расположенных близ мексиканского города Оахака, находится несколько каменных стел с высеченными на них сценами пленения индейцами бородатых белых людей и… африканцев.

Ольмекские головы и изображения на стелах представляют собой физиологически точные образы реальных представителей негроидной расы, чье присутствие в Центральной Америке 3000 лет назад до сих пор является загадкой. Откуда могли появиться африканцы в Новом Свете до Колумба? Может быть, они были коренными обитателями Америки? Существует свидетельство палеоантропологов, что в составе одной из миграций на территорию американского континента во время последнего ледникового периода действительно попали люди негроидной расы. Эта миграция происходила около 1500 года до н.э.

Есть и другое предположение – о том, что в древности между Африкой и Америкой осуществлялись контакты через океан, который, как выяснилось в последние десятилетия, отнюдь не разделял древние цивилизации. Утверждение об изоляции Нового Света от остального мира, долгое время господствовавшее в науке, было убедительно опровергнуто Туром Хейердалом и Тимом Северином, доказавшими, что контакты Старого и Нового Света могли иметь место задолго до Колумба.

Цивилизация ольмеков прекратила свое существование в последнее столетие до нашей эры. Но их культура не погибла – она органично вошла в культуры ацтеков и майя. А ольмеки? В сущности, единственная «визитная карточка», которую они оставили после себя, – это гигантские каменные головы. Головы африканцев…

 

«Говорящие кресты» майя

 

Во времена конкистадоров высаживавшиеся в Новом Свете испанские монахи с удивлением отмечали, что символ Креста был известен индейцам майя еще в I тысячелетии нашей эры. Изображения Креста как объекта поклонения и сейчас можно видеть в древних индейских храмах Паленке. Поэтому индейцы охотно включили христианский Крест в свою религиозную символику.

С индейским культом крестов связана судьба Кинтана-Роо – одного из самых труднодоступных районов мексиканского полуострова Юкатан, где живут потомки древнего народа индейцев майя.

Белые многократно пытались проникнуть в дебри Кинтана-Роо, особенно часто в первой половине XIX века. Пришельцы несли с собой все «прелести цивилизации». Тогда, в 1847 году, в деревне Чан вдруг заговорил крест, вырезанный из ствола огромного дерева. Голос, идущий из креста, повелел: «Поднимитесь на великую священную войну против белых! Прогоните их от границ, от берегов Кинтана-Роо. Соединитесь со своими братьями на Юкатане и перенесите войну туда. Крест будет сопровождать вас».

Глас креста потряс индейцев. В Чан пришло все население Кинтана-Роо и стало на коленях перед крестом. Тогда голос прозвучал вновь…

Повинуясь зову креста, майя напали на белых, и восстание распространилось по всему Юкатану. «Говорящий крест» из Чана все время вмешивался в судьбу майя. Он пророчествовал, предсказывал, советовал, отдавал приказы, а по одному из его повелений в Чане было устроено святилище Креста. Вскоре в Чане появились еще два говорящих креста. Бывшая деревня стала городом Чан-Санта-Крус.

Самое удивительное – кресты действительно говорили! Спрятаться внутри них или за ними человеку попросту невозможно, а магнитофонов в то время, естественно, не было. Необъяснимость появления «говорящих крестов» состоит еще и в том, что этот феномен вообще лежит вне культурной традиции майя. Ни фольклор, ни религия этого народа, как, впрочем, и его соседей, не знает ничего подобного.

В результате «Войны Крестов» индейская территория стала фактически независимым государством. Правительство в Мехико неоднократно пыталось вернуть эти земли под свое управление. В 1899 году мексиканский диктатор Порфирио Диас направил карательную экспедицию, которая захватила священный город майя, но индейцы унесли кресты вглубь сельвы. Начавшаяся гражданская война в Мексике отвлекла внимание от Юкатана, и в 1915 году индейцы вернулись в свою столицу. Здесь снова прозвучал голос крестов: они повелевали убивать каждого белого, ступившего на землю Кинтана-Роо.

Только в 1935 году правительство решило заключить мир с индейцами. Их вождь официально был произведен в генералы, награжден орденом и назначен правителем свободной индейской территории. Его преемники по сей день беспрепятственно избираются индейцами, а центральное правительство не вмешивается в их жизнь. Майя верят, что мирный договор 1935 года принес им победу над Мексикой и над всем миром белых.

А что же говорящие кресты? Они перенесены в новую столицу майя – Чампон и находятся в святилище. Культ говорящих крестов является официальной религией свободной индейской территории. Но голоса их давно не слышно…

 

Читать дальше:
 

Неизвестное в космосе

Большая загадка «Большого взрыва». О чем рассказали глиняные таблички. Обитаем ли Марс. Тайны Луны. Был ли у Земли второй спутник.
 

Добавить комментарий

2 + 4 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.