Великие заговоры часть 20

Великие заговоры часть 20

Жандармский бунт. Убийство Садата. Убийство Пальме. Заговор ГКЧП. Заговор Бин Ладена против США.
30.01.2017 / 07:02 | Варвара Покровская

Жандармский бунт

 

Испания. 23 февраля 1981 года

В работах многих историков и политологов процесс перехода Испании от франкизма к демократии выглядит почти идиллическим. На самом деле, как и в любом переходе от диктатуры к свободе, в Испании такой серьезный исторический перелом не обошелся без потрясений, риска и жертв, хотя и во многом благодаря усилиям короля Хуана Карлоса и его команды реформаторов удалось избежать новой гражданской войны. Самым серьезным испытанием была попытка военного переворота 23 февраля 1981 года.

Давайте вместе с Хуаном Кобо, корреспондентом РИА «Новости» в Испании, попытаемся восстановить ход событий двадцатилетней давности.

23 февраля 1981 года в испанском парламенте проходил очередной тур голосования, которое должно было завершить затянувшееся на несколько дней избрание нового председателя правительства Леопольдо Кальво Сотело. Он должен был сменить на этом посту подавшего незадолго до того в отставку Адольфо Суареса, исполнителя сложной политической операции по демонтажу диктаторских структур и созданию основ новой демократии в Испании, за которой стоял король Хуан Карлос и его ближайшие советники.

Правящая партия Союз демократического центра (СДЦ), которую возглавлял Суарес, исчерпав свой реформистский потенциал и вызвав ненависть консервативных элементов, прежде всего в армии, находилась на грани распада (через год СДЦ потерпел сокрушительное поражение на выборах, уступив место соцпартии). Армия, жандармерия и полиция были взбешены действиями террористов-басков из ЭТА, ультралевых из ГРАПО, ультраправых экстремистских организаций, которые устроили форменную охоту за представителями вооруженных сил и сил общественного порядка, убивая их почти каждый день выстрелами из-за угла. Генералы считали, что гражданская власть слишком слаба, не контролирует процесс, приведет страну к гибели.

В военной верхушке один за другим зрели заговоры. Пошли упорные разговоры о том, что требуется создание правительства «национального спасения». Некоторые социалисты – вторая уже тогда по силе и влиянию партия в стране – на тайных встречах с военными не скрывали, что не возражали бы против ввода в такое правительство высокопоставленных генералов, что должно было бы якобы придать новому Кабинету министров больший авторитет.

Сторонники такого выхода, в том числе и среди генералитета, считали, что необходимы решительные действия, дабы преградить дорогу другим генералам – сторонникам возвращения страны к неофранкистской диктатуре.

Итак, в зале испанских кортесов собрался парламент в полном составе, почти все члены кабинета, лидеры всех политических партий. Стрелки часов показали 18 часов 22 минуты, когда возле трибуны неожиданно возникла группа жандармов в черных лакированных треуголках, вооруженных автоматами и пистолетами. Их предводитель подполковник Техеро, давно известный всем как фанатичный сторонник Франко и враг демократии, закричал: «Всем лечь на?пол!» За этим последовала нецензурная брань и выстрелы. К счастью, в потолок. Депутаты повалились под свои кресла. Не захотели подчиниться приказу лишь Адольфо Суарес, его заместитель генерал Мануэль Гутьеррес Мельядо и лидер коммунистов Сантьяго Каррильо, продолжавший невозмутимо курить сигарету. Разгневанный генерал Мельядо – физически хрупкий, очень немолодой – чуть ли не с кулаками набросился на жандармов. Ему грубо скрутили руки. На выручку генералу поспешил Адольфо Суарес – с ним поступили не менее жестко.

Снова зазвучали выстрелы. К счастью, кровь и на этот раз не пролилась. Но этого никто не знал за пределами кортесов – по телевизору видели, как потерявший самообладание Техеро мечется, и слышали выстрелы. Как выяснилось позже, это сыграло важную роль: военные сторонники «мягкого» переворота в тот момент заколебались. Ведь условием своего участия в заговоре они сделали бескровный переворот, иной вариант мог бы привести к новой гражданской войне.

Но первая фаза переворота завершилась для заговорщиков успехом. Бесноватый жандармский офицер во главе группы из 445 послушных ему подчиненных держал в заложниках не только всю политическую верхушку страны, но и парламент в полном составе, который заговорщики под дулом пистолета намеревались заставить одобрить создание правительства «национального спасения» по составленному ими заранее списку.

Страны Западной Европы тут же осудили мятеж, госдепартамент США заявил, что это «внутреннее дело» Испании. Страну охватил страх.

В ту ночь, которая, казалось, никогда не кончится, вышедшие было из подполья активисты левых партий и организаций, участвовавшие в антифранкистском движении, укрылись на конспиративных квартирах, которые сохранялись «про запас» на случай такого поворота событий.

Особенно опасная угроза в тот вечер 23 февраля исходила от расквартированной в десятке километров от центра Мадрида бронетанковой дивизии «Брунете». Она получила приказ о продвижении в центр столицы. Несколько подразделений дивизии приступили к исполнению приказа. В частности, ими было захвачено здание мадридского телецентра (тогда в Испании действовал лишь один государственный канал телевидения). Король на какое-то время лишился возможности обратиться к стране и, что особенно важно, к армии с призывом отказать в поддержке заговорщикам. Если бы вся дивизия «Брунете» вошла в Мадрид, эта акция могла вызвать «эффект домино»: за нею, не исключено, последовали бы и выступления других военных в Испании.

Подобное произошло в Валенсии, где один из главных заговорщиков, командующий военным округом генерал Хайме Милане дель Боек – бывший офицер «Голубой дивизии», лично награжденный Гитлером Железным крестом, поднял открытый мятеж. Четыре сотни его танков при поддержке 1800 офицеров и солдат вышли на ночные улицы Валенсии. Однако флот и авиация отказались поддержать Миланса. Более того, на военно-воздушной базе в Ма-нисесе генералу заявили, что при приближении его танков по ним будет открыт артиллерийский огонь. Милане принялся обзванивать других командующих военными округами, склоняя их к выступлению. Король отдал приказ арестовать мятежного кавалера Железного креста, но никто не отваживался сделать это.

…«Всем ждать! Скоро к вам обратится очень важная персона!» – произнес в зале парламента подполковник Техеро. Шел час за часом, но ничего не происходило…

«Важной персоной», как затем было установлено, был известный генерал Альфонсо Армада – человек умный, волевой и коварный. Он почти 20 лет входил в ближайшее окружение Хуана Карлоса, когда тот еще был преемником каудильо. Однако после смерти Франко генерал не скрывал своей враждебности к реформам, одобряемым королем, и постепенно потерял его доверие. Хуан Карлос отдалил генерала от себя, он был назначен заместителем начальника главного штаба армии. На этом посту, причем спекулируя на прежней близости к монарху, Армада кропотливо и тщательно организовал широко разветвленный заговор, приведший к захвату парламента. Идея была простая: поставить Хуана Карлоса перед фактом и тем самым принудить согласиться с правительством «национального спасения» во главе с Армадой.

Генерал постоянно намекал своим коллегам, что он якобы выполняет волю монарха, который не желает действовать в открытую, но будто бы одобряет действия, направленные на пресечение хаоса и анархии в стране.

Стремясь добиться своей цели, Армада в самый разгар событий предпринял поистине макиавеллиевский ход. Он позвонил королю, попросив срочно принять его в королевской резиденции «Сарсуэла», чтобы лично информировать о «сложившейся ситуации». Генерал рассчитывал, что его присутствие в «Сарсуэле» будет воспринято руководством армии как знак того, что он действительно пользуется молчаливой поддержкой монарха, но один из самых близких королю людей генерал Сабино Фернандес Кампос разгадал тайную суть этого хода, узнав по своим каналам, что в дивизии «Брунете» заговорщики ссылаются на Армаду как на «высшего авторитета» в предпринятой акции и внушают колеблющимся, что он находится в Сарсуэле. Хуан Карлос приказал Армаде оставаться на месте и воздержаться от появления в королевской резиденции, тем самым дезавуировав его перед лицом армии.

Когда командование «Брунете» узнало, что Армада вовсе не выражает волю короля, являющегося по конституции также и Верховным главнокомандующим, они приказали танкам вернуться в казармы.

Тем временем Хуан Карлос предупреждал Миланса: «Мятеж чреват риском гражданской войны в стране. Ответственность за это ляжет на всех вас». С такими же словами король обратился к другим командующим военными округами, которых обзванивал лично, требуя от них лояльности.

Лишь после этого Хуан Карлос и верные ему люди стали медленно брать ситуацию под контроль. Мятежные войска удалось убедить уйти из телецентра. Оттуда в «Сарсуэлу» в срочном порядке выехала телевизионная группа для записи обращения короля к нации.

Глубокой ночью на экранах телевизоров появился король Хуан Карлос, одетый в военную форму. Тем самым он подчеркивал, что выступает не только как король и глава государства, но и как верховный главнокомандующий. Он потребовал от армии безусловного соблюдения демократических норм конституции, принятой народом.

Мятеж захлебнулся. Милане сдался властям. Техеро освободил кортесы и был препровожден в тюрьму. Взяли под стражу Армаду и других участников заговора. Через год состоялся судебный процесс. Судили лишь нескольких военных и одного гражданского. Обвиняемые оправдывались, что выполняли волю монарха. Сторонники Франко, толпившиеся у зала суда, скандировали: «Король предатель!»

Но это не подействовало на большинство испанцев, которые независимо от своего отношения к монархии как таковой именно в ту страшную ночь стали горячими хуанкарлистами.

После той февральской ночи были еще заговоры, были даже попытки покушения ультраправых военных на жизнь короля, вовремя обезвреженные, но скрытые от общественности, чтобы не накалять обстановку. Эта критическая ситуация положила конец не просто угрозе возврата к франкизму, она обозначила финал без малого 200-летней мятежно-кровавой полосы в истории Испании, когда страну без конца потрясали военные перевороты, приводившие к гражданским войнам и затормозившие продвижение испанцев к современному типу общества.

Теперь можно сказать, что есть в той истории много неясных моментов. Хуан Карлос не склонен говорить о некоторых нюансах той ночи и того, что ей предшествовало.

Среди многих версий случившегося очень распространена такая, согласно которой король, предчувствуя неизбежность мятежа, как бы сыграл на опережение: не стал тормозить его, а дал ему ход. На это, например, намекает королева София в книге-интервью «Королева». Едва ли она стала бы говорить такое, не согласовав это с мужем. Весьма информированный участник тех событий Сантьяго Каррильо заявил на презентации своей книги, что король в последние месяцы правления Адольфо Суареса не раз выражал перед генералами свое недовольство премьером, и они могли воспринять это как сигнал к действию.

И все же, по мнению большинства аналитиков, Хуан Карлос не мог желать военного переворота, даже если бы он был «в его пользу». Дело не только в его демократических убеждениях, но и в чисто личных мотивах. Перед королем, как и перед королевой, постоянно стоит пример брата Софии короля Греции Константина, который пошел на поводу у «черных полковников», а спустя некоторое время они свергли его.

Всех мятежников приговорили к длительным срокам заключения. Несколько лет назад Армаду и Миланса помиловали. Техеро, отказавшийся от помилования, вышел на свободу в ноябре 1996 года. Он отсидел в тюрьме три четверти своего срока. Все они полностью отошли от политики и уже не представляют никакой опасности.

Однако даже если вся сложная правда о тех событиях никогда не станет известной, время от времени некоторые детали всплывают наружу. Так, в самый канун 20-летней годовщины военного переворота в испанской прессе появились многочисленные документы, подтверждающие не просто причастность, но и прямое участие в том заговоре главной испанской спецслужбы СЕСИД. Более того, возглавляющий это ведомство генерал Хавьер Кальдерон, один из тогдашних руководителей этой службы, уличен в том, что знал о заговоре, помогал путчистам. Мало того, став главой СЕСИД, он выбросил из него тех офицеров, которые были против участия в перевороте и затем пытались сказать правду об этом.

Пресс-секретарь правительства Пио Кабанильяс заявил: «Суд уже осудил всех виновных, остальное дело историков». А испанская прокуратура заявила, что не может открыть дело по новым фактам, так как срок давности за те деяния истек как раз 23 февраля 2001 года.

 

Убийство Садата

 

Египет. 6 октября 1981 года

В утренней сводке погоды говорилось, что день 6 октября 1981 года в египетской столице ожидается теплым, без осадков. Президент Египта Анвар Садат поднялся рано. Возможно, у него были какие-то предчувствия; позвонившему ему вице-президенту Хосни Мубараку он сказал, что с большим удовольствием остался бы дома. Разумеется, Садат знал, что это невозможно: на вторник был назначен военный парад в честь годовщины начала четвертой израильско-арабской войны 6 октября 1973 года.

Для Египта день 6 октября стал Днем победы: с тех пор ежегодно по площади в Мадинет Наср, расположенной на окраине Каира, парадным маршем проходят войска, демонстрируя мощь египетской армии.

Парад начался ровно в одиннадцать часов по местному времени. Лучшие части египетской армии не одну неделю готовились к нему. Органы безопасности тщательно следили за тем, чтобы в руках военнослужащих, принимавших участие в параде, не было ни одного заряженного боевыми патронами пистолета или автомата. Даже приглашенные на трибуну почетные гости подверглись досмотру все они прошли через специальные детекторы.

Садат занял на трибуне центральное место в первом ряду. Справа от него расположился вице-президент Мубарак, слева – военный министр Абу Газаль Все шло по заранее намеченному распорядку: дикторы на двух языках – арабском и английском – комментировали ход парада.

Парад подходил к концу, часы показывали без двадцати двенадцать На площадь выехали автомобили со 130-миллиметровыми пушками на прицепах Взгляды сидящих на трибуне были обращены в тот момент к небу. Из громкоговорителей звучали английские слова: «Сейчас вы увидите истребители-бомбардировщики типа „Мираж“, пилоты которых продемонстрируют свое мастерство». Под рев самолетов в небе на земле раздались выстрелы, взрывы гранат и автоматные очереди. Послышались выкрики. «Слава Египту! Вперед!» Эти слова доносились с площади, а из громкоговорителя уже неслось «Предатели! Предатели!»

Основная официальная версия была такой покушение совершено группой из четырех лиц Непосредственными исполнителями были старший лейтенант аль-Исламбули, командир артиллерийской установки, и три солдата, которые были членами одной из организаций исламских фундаменталистов и дали согласие на участие в акции. Старший лейтенант подписал увольнительную трем солдатам из обслуживания артустановки и заменил их заговорщиками Последние получили не только полное обмундирование, но сумели завладеть и оружием ушедших в увольнительную солдат Боевые патроны, ручные гранаты и дымовые шашки были получены из «внеармейских» источников.

Когда грузовик поравнялся с трибуной, старший лейтенант, сидевший в кабине рядом с шофером, дал команду остановиться. Шофер замешкался, но аль-Исламбули с помощью ручного тормоза остановил машину и выскочил из кабины. Его сообщники выпрыгнули из кузова. Сначала всем показалось, что они хотят подтолкнуть вышедшую из строя машину Но заговорщики сразу же открыли огонь по трибуне и начали бросать гранаты. По донесениям можно сделать вывод, что один из участников покушения оставался в машине и стрелял издалека, вероятно, он-то и ранил Садата (хотя позднее об этом факте умалчивалось).

Президент, видимо, предполагал, что солдаты хотят поприветствовать его, поскольку приподнялся и тем самым превратился в открытую мишень Он был ранен в живот и грудь, а осколок гранаты разорвал ему левое плечо Телохранитель попытался прикрыть президента своим телом, но было уже поздно. Получив смертельное ранение, он усугубил положение тем, что повалил Садата на землю и упал на него.

Трибуна являла собой страшное зрелище. Истекающие кровью раненые, мечущиеся охранники, старающиеся подняться почетные гости, перевернутые стулья. Вице-президент был легко ранен. К ногам военного министра была брошена граната, которая не взорвалась Еще одна граната разорвалась рядом с генералом и нанесла ему смертельную рану. Среди убитых оказались старший камердинер президента Хассан Аллам, фотограф Мохаммед Рашван и коптский епископ Самуэль. Получили ранения послы Кубы и Бельгии, первый секретарь австралийской дипломатической миссии, доверенный человек президента Сайед Марей и три американских военных советника, которые находились в Египте для переговоров относительно запланированных военных учений. Каждый из них представлял различные рода войск подполковник сухопутных войск Чарльз Ломи, майор военно-морских сил Джеральд Агенброд, капитан ВВС Христофер Риян.

Лишь через сорок пять секунд в бой вступили телохранители, которые либо убили, либо захватили раненых участников покушения.

Кто и почему совершил покушение? Еще, пожалуй, был жив Садат, когда один из английских журналистов, очевидно, по чьей-то подсказке, упомянув «неофициальные источники», обвинил в покушении палестинцев. Появились намеки и на «руку Ливии», поскольку отношения между Каиром и Триполи достигли горячей точки Эта версия была подхвачена несколькими американскими радиостанциями и телевидением.

Но вскоре появляется официальное заявление, в котором отрицается любое вмешательство из-за рубежа Многие журналисты отмечали, что власти стремятся сузить круг возможных участников покушения Они стараются пресечь все слухи о том, что заговор носил широкий характер и, возможно, был элементом планируемого государственного переворота, подготовленного вооруженными силами Каирские газеты писали, что последние слова Садата, обращенные к Мубараку, были следующие «Я решил повысить в звании тех офицеров, которые приняли участие в октябрьском поражении» Подобные сообщения свидетельствовали о стремлении поддержать версию покушение организовали всего лишь один офицер и три солдата Причин для беспокойства нет.

Однако не было недостатка и в других версиях Говорили, что в покушении участвовали не четыре, а шесть или восемь человек Вблизи от площади, где проходили парады, в Мадинет Наср, представляющем нагромождение строительного материала и отбросов, заговорщики якобы построили из мешков с песком копию трибуны и отрепетировали акцию с точностью до секунды Все это, однако, нельзя представить себе как действия одиночек Впрочем, уже вскоре выплыла на свет нелегальная правоэкстремистская религиозная организация «Ат-Такфир валь-Хиджра» («Искупление и исход»), к которой принадлежали заговорщики. Она представляла направление в исламском фундаментализме, которое проповедует необходимость следовать законам Корана, придерживаясь буквального толкования этих законов На деле это означает запрет на любое отклонение от учения, отказ от всего, чуждого исламу.

Открытый вызов был брошен Садату в 1977 году после похищения министра по делам вакуфов шейха Мухаммеда ад-Дахаби, приближенного к президенту человека Он был убит по всем правилам ритуальной казни, пуля проникла в мозг через левый глаз Когда в начале осени 1981 года Садат подписал приказ об аресте неугодных ему лиц, среди них было немало членов «Ат-Такфир валь-Хиджра» Из 1536 арестованных 467 принадлежало к этой организации. После покушения власти арестовали еще 553 членов секты Учитывая общее количество арестованных, нельзя поверить официальным данным, которые говорят о том, что «Ат-Такфир валь-Хиджра» насчитывает всего лишь около 500 членов По неофициальным данным, ядро организации состоит из 4000 человек, из них тысяча восемьсот готовы идти на самые отчаянные операции Сочувствующие составляют около десяти тысяч. Их основная задача – сбор пожертвований, особенно в молельные дни по пятницам около мечетей Из официальных заявлений можно сделать вывод, что были обнаружены нелегальные склады оружия и крупные денежные суммы, в том числе в американских долларах и риалах Саудовской Аравии.

Египетские власти были озабочены тем, что секта, провозгласившая первоначально отказ от «земных дел», пыталась внедрить своих людей в государственный аппарат, в армию, в службу безопасности. Более тридцати офицеров считались членами этой организации, среди них самый высокий пост занимал подполковник контрразведки Аббуд Абдель Латиф Хасан эз-Зумр, служивший в районе Асьюта.

Вскоре после начала расследования дела об убийстве президента на смену версии об «индивидуальной акции» пришла версия о заговоре под знаменем «хомейнистской революции». Суть этой версии такова: 6 октября террористы хотели уничтожить всех политических и военных руководителей Египта, но это не удалось. (Предполагалось, что готовится новое покушение, которое должно произойти во время похорон Садата, но предпринятые меры безопасности и аресты якобы помешали выполнению задуманного.)

Если бы такая акция совершилась, то вооруженные члены секты должны были бы ворваться в здание радио – и телецентра, где находились их доверенные люди, в частности диктор, который заранее записал на пленку сообщение о перевороте, и инженер, в задачу которого входило прервать передачу и передать сообщение по всем программам. «Ат-Такфир валь-Хиджра» собиралась создать Совет улемов (исламских ученых), Совет сур, который бы занимался толкованием Корана, и хорошо вооруженную «исламскую гвардию». Все это осталось лишь в виде плана. В стране, за исключением некоторых мест, царило спокойствие. Наиболее серьезное положение создалось в Асьюте, где в ходе уличных перестрелок было убито и ранено 154 человека. Небольшие столкновения были в некоторых провинциальных городах и районах Каира, например на шоссе, ведущем к пирамидам. Все выступления такого рода были подавлены.

Мировая пресса подхватила вышеприведенную версию. В Каире официально она не была ни подтверждена, ни опровергнута.

Пресса цитировала и другие высказывания, которые намекали на иной характер заговора против Садата. Приводились, например, слова главнокомандующего национальной гвардией Саудовской Аравии принца Абдаллы, который при встрече с одним из высокопоставленных арабских гостей за неделю до покушения на Садата заявил: «Мы считаем, что Садат скоро сойдет с арены…» Это заявление можно толковать по-всякому. Западногерманский журнал «Шпигель» информировал своих читателей о том, что палестинские руководители через посредников известили египетского президента о готовящемся покушении, после чего Садат отказался от намеченного очередного визита в Европу. Эти слухи обратили на себя внимание прежде всего потому, что отношения между главой Египта и палестинцами были отнюдь не теплыми, учитывая переговоры в Кэмп-Дэвиде о так называемой автономии для палестинцев. Один из египетских министров вспоминает слова Садата, сказанные им в тот момент, когда его предупредили о маневрах исламских фундаменталистов: «Все до единого мои знакомые, их имена известны. В конечном итоге это мои дети…» Вскоре он дал приказ арестовать многих из своих «детей». Но большинство осталось на свободе.

Обозреватели до сих пор указывают на множество «белых пятен» в деле об убийстве Садата. Напрашивается невольное сравнение с Далласом: чем больше занимались расследованием убийства Джона Кеннеди, тем туманнее становилась картина покушения. Вот лишь некоторые моменты того каирского вторника.

Группой заговорщиков руководил старший лейтенант аль-Исламбули, брата которого арестовали 3 сентября как члена экстремистской исламской организации. В связи с арестом брата и самого старшего лейтенанта подвергли «строжайшей проверке», но не нашли ничего, компрометирующего. Действительно ли было проведено следствие? И если да, то каким образом ему удалось избежать разоблачения?

Каким образом удалось заговорщикам обойдя многократные проверки пронести боеприпасы и гранаты на площадь, где шел парад?

Согласно уставу египетской армии, за день до парада солдаты не имеют права покидать казарму даже в случае внезапной болезни. – Каким образом удалось дать увольнительные солдатам, заменив их неизвестными резервистами? Как проникла эта группа через кордон усиленного контроля и вышла на парад?

Военный министр издал в свое время приказ, согласно которому во время парада запрещено останавливаться перед главной трибуной любому виду транспорта. В случае остановки по машине должен быть открыт огонь, не дожидаясь особой команды. Почему не был выполнен этот приказ?

Телохранители занимали выгодные позиции по краям трибуны. Однако по показаниям свидетелей установлено, что они покинули свои посты за шестьдесят – тридцать секунд до того, как раздались первые выстрелы. Почему?

Как могло произойти, что при отличной организации покушения не сработали некоторые гранаты и, таким образом, только президент был смертельно ранен? Можно ли объяснить это случайностью?

Имели ли под собой почву распространяемые в Каире слухи о том, что заговорщики поддерживали связь с некоторыми лицами из контрразведки?

Все эти вопросы легче поставить, нежели найти на них ответ.

Можно ли после этого назвать покушение случайностью? Вероятно, в любом случае антисадатовские выступления вылились бы наружу, поставив под угрозу если не физическое, то политическое существование президента.

В то время, когда раздались выстрелы, рядом с Садатом сидели два человека: Хосни Мубарак и Абу Газаль. В первом варианте официального сообщения говорилось, что террористическая группа исламских фундаменталистов намеревалась уничтожить все высшее руководство Египта. Главный подсудимый – старший лейтенант аль-Исламбули через своего адвоката просил пригласить Мубарака на заседание суда в качестве свидетеля. Судья отклонил просьбу защиты. Офицер указывал, что они могли убить и вице-президента и военного министра, но им нужен был лишь президент. Дальше в показаниях говорится, что когда аль-Исламбули подбежал к трибуне, то крикнул Абу Газалю: «Отойдите в сторону, мне нужна эта собака!» В дальнейшем подчеркивалось, что участники заговора покушались исключительно на жизнь Садата, остальные были невинными жертвами.

Говорят, что тайные встречи аль-Исламбули и его сообщников, состоявшиеся 21, 24 и 26 сентября, были прослушаны и даже запечатлены на кинопленку. На этих совещаниях было решено раздобыть оружие и убить Садата. Вроде бы эти материалы были положены на стол президента, но он не обратил на них никакого внимания. Вероятно, египетский президент не верил подобным документам, ведь они были реальным опровержением слов Садата, что «сыновья» обожают его.

Однако эти документы не попали в руки Мубарака. Вице-президент яснее видел создавшееся положение, более того, отдавал себе отчет в опасности экстремистских выступлений исламских фанатиков. В Каире считали, что окончательный вид многим импровизациям Садата придавали Хосни Мубарак и министр иностранных дел Бутрос Гали, но, видимо, далеко не все документы попадали непосредственно к ним.

На одной из каирских военных баз состоялся процесс по делу участвовавших в покушении на Садата. Обвинительное заключение в 450 страниц было написано довольно быстро, можно было начать суд, но он откладывался из-за сорокадневного траура. Двадцать четыре обвиняемых заняли места за стальной решеткой на скамье подсудимых.

Хроника этого процесса полна пробелов. Поскольку речь шла о национальных интересах, суд заседал при закрытых дверях, публика туда не допускалась. Процесс был полон театральных жестов, обвиняемые гордо сознавались в убийстве президента, из-за решеток раздавалось: «Шаллах акбар!» («аллах велик!»). Выяснилось, что заговорщики хотели создать в Египте исламскую республику. Участники заговора не были едины в том, нужно ли убивать одного только Садата или же следует уничтожить все египетское руководство.

После смерти Садата Мубарак взял в свои руки управление государством, а через неделю был официально избран на пост президента. Мубарак воспользовался сделанными в прессе разоблачениями, чтобы сменить всю «экономическую команду Садата» – министров экономики, промышленности, финансов, планирования и туризма.

 

Убийство Пальме

 

Швеция. 28 февраля 1986 года

Утром 28 февраля 1986 года лидер шведской социал-демократии и глава правительства Улоф Пальме принял шведских журналистов. В конце беседы ему был задан вопрос, как он оценивает возможности для мира и разрядки на международной арене?

«Долгое время, – сказал Пальме, – отношения между великими державами были холодными. Но сейчас можно видеть отчетливые признаки ломки льда. Международное положение просветлело. Недоверие рассеивается, как туман ранним весенним утром. Мы констатируем много предпосылок для разрядки. Все больше людей включаются в борьбу за мир, и это отрадно, поскольку широкое народное движение резко повышает возможности для мира и разоружения. Положено начало диалогу между великими державами».

В этот день, как обычно, Пальме покинул здание правительственной канцелярии последним.

…Жизнь Пальме-политика не была гладкой. Шаг за шагом давался в нелегкой борьбе с оппонентами, противниками и откровенными врагами. Правые консервативные круги никак не хотели простить ему, что он, «мальчик из высшего общества», стал социал-демократом и тем самым предал свой класс. Пальме порой характеризовали как беспощадного, агрессивного, злобного человека, без юмора и великодушия, с непомерным желанием отстаивать свое «я». А с другой стороны, некоторые из социал-демократов с подозрением относились к Пальме как выходцу из буржуазных кругов. Они утверждали, что у него не получаются контакты с рабочими, что он высокомерен, как многие политики правого толка.

Можно смело утверждать, что немногие шведские политики подвергались таким резким личным нападкам и слышали такую похвалу, вызывали такую сильную антипатию и симпатию, как Пальме. Уже после его гибели шведская газета «Дагенс нюхетер» писала, что он не оставлял никого равнодушным, вызывая или восхищение, или гнев.

Устранить Пальме оказалось нетрудно в первую очередь потому, что он, как и его предшественники на постах премьера и руководителя Социал-демократической рабочей партии Швеции (СДРПШ), предпочитал общественный транспорт, нередко ходил на работу и обратно пешком, беседуя по пути с прохожими.

Улоф Пальме с женой Лисбет смотрел в кинотеатре «Гранд» на улице Свеа-вэген фильм «Братья Моцарт». По дороге домой премьер был убит выстрелом в спину. Лисбет была легко ранена. Стреляли в упор. Место выбрали недалеко от входа в метро, на углу Туннельгатан, метрах в пятистах от «Гранда».

Удалось установить, что убийца – высокого роста, блондин. Незадолго до преступления его, а также других пассажиров автомобиля «Ауди» видели в окружении четы Пальме. Словом, Улофа Пальме «вели» профессионалы.

Городские часы показывали 23 часа 10 минут. Ночью кабинет министров собрался на экстренное заседание. У места, которое обычно занимал за столом совещаний глава правительства, была зажжена свеча. В ранние утренние часы в Стокгольме тысячи шведов направились в правительственную канцелярию Русенбад, в штаб-квартиры местных социал-демократических организаций по всей стране, чтобы выразить свое соболезнование и сделать записи в траурных книгах. К месту убийства, где еще не высохло кровавое пятно, стекались стокгольмцы.

Восемь стран объявили траур в связи с гибелью Пальме. Сотни тысяч шведов приняли участие в проведенных общественными организациями спонтанных демонстрациях и митингах, посвященных памяти Пальме. На месте его гибели, где на рассвете 1 марта неизвестный прохожий оставил красную розу, вырос холм из живых цветов. Многие простые шведы, будучи не в силах понять и объяснить совершенное злодеяние, задавались вопросом: чьих рук это дело?

Полицией был арестован 42-летний безработный Кристер Петерсон, который якобы «крутился» около Пальме за несколько дней до убийства.

Но в том же 1986-м Петерсона условно освободили из-под стражи, и по сей день шведская полиция его периодически допрашивает. Он отрицает свою причастность к преступлению, считая, что «ведется некая математическая игра».

Судя по целой цепочке фактов, ликвидация Пальме тщательно организована и спланирована.

Дело в том, что, по оценкам руководства и экспертов шведской компании «Виниан АБ», торгующей оружием и боеприпасами, разрывная пуля, убившая Пальме (на которой не обнаружено опознавательных знаков), могла быть изготовлена в 1982–1983 годах американской фирмой «Винчестер-Узстерн Дивижн».

В ту роковую ночь одна женщина оказалась неподалеку от места убийства. Через несколько минут после выстрелов (это она поняла позже, узнав об убийстве из газет) она увидела, как полицейский автомобиль марки «СААБ», стоявший у тротуара, стремительно уехал. Женщина услышала слова водителя, сказанные в микрофон радиотелефона: «Ага, значит, вон там». Но «СААБ» умчался вовсе не в сторону места преступления. Власти были немало удивлены, почему водитель был в автомобиле один. Согласно инструкции, в патрульных машинах обязательно сидят двое полицейских. По этому делу бь|ло начато расследование.

Депутат риксдага от Левой партии Йорн Свенссон зачитал в парламенте исследование «Политические мотивы убийства У. Пальме».

Анализируя возможные мотивы преступления, депутат пришел к выводу: ненависть вашингтонской администрации и высших военных кругов НАТО вызывала прежде всего деятельность Пальме на международной арене. Предложения Комиссии Пальме, отмечается в документе, грозили подорвать американские планы гонки вооружений. Нельзя упускать из виду и того, что Пальме пользовался большим авторитетом в общественных и политических кругах натовских стран, прежде всего в ФРГ и Голландии, а это – в перспективе – могло привести к нежелательным для Вашингтона изменениям в европейской стратегии.

Как отмечает Й. Свенссон, убийство было настолько тщательно подготовлено и спланировано, что можно утверждать о существовании заговора против Пальме. Все говорит о почерке американского шпионского ведомства, считает депутат. Он отметил, что ЦРУ, скорее всего, использовало в этих целях бывших наемников из числа командос, причастных ныне к деятельности пра-воэкстремистских организаций в Европе. С этим утверждением, кстати, перекликается сообщение газеты «Свенска дагбладет». Еще в январе 1986 года в полицию позвонил человек и заявил, что ему обещано вознаграждение – 2 миллиона долларов – за убийство Пальме. Предложение сделал американец, бывший офицер, участвовавший в войне во Вьетнаме.

Заметим, однако: со стороны полиции ни разу, во всяком случае официально, не упоминалась причастность ЦРУ к убийству в качестве одной из возможных версий. Как не вызвали у местной полиции «энтузиазма» и сообщения, в том числе лондонской газеты «Обсервер», о том, что пуля, оборвавшая жизнь Пальме, могла быть выпущена агентами чилийской охранки. На такую возможность указывали проживающие в Швеции чилийские эмигранты. Непосредственным организатором убийства назывался и Майкл Таунли, гражданин США, осуществивший совместно с чилийской охранкой ликвидацию, причем в Вашингтоне, Орландо Летельера – одного из лидеров социалистической партии Чили и антипиночетовской оппозиции.

Весной 1998-го появилась очередная версия. В конце апреля шведскому послу в Турции руководство ее МИДа сообщило: Улофа Пальме убили якобы по приказу лидера Курдской рабочей партии (КРП) А. Оджалана в связи с «антикурдскими» действиями шведского премьера (в 1980-х он распорядился усилить охрану посольства Турции в Стокгольме из-за частых демонстраций курдской диаспоры против турецкого геноцида курдов). Были представлены показания одного из заместителей Оджалана – Ш. Сакыка.

Всего же в полицейских компьютерах содержится 13 тысяч версий, имена почти 50 тысяч человек, хоть в какой-то степени имевших или могущих иметь отношение к преступлению. Результатов этой титанической работы пока не видно.

Имя Виктора Гуннарсона значилось одним из основных в списке: на него указывало слишком многое, и потому он был арестован. Один из шведских детективов, уже вышедший в отставку, даже опубликовал книгу, в которой доказывал, что именно Гуннарсон является преступником. Из этой книги и других источников известно, что в то время Гуннарсон состоял в экстремистской Европейской рабочей-партии, которая травила премьера, а в своих действиях не останавливалась перед насилием и террористическими актами. Были также сообщения о его тесных связях с другими экстремистами, в частности, с американской группировкой Ларуша.

Вскоре, однако, его пришлось отпустить «за недостаточностью прямых улик», хотя многие следователи до сих пор считают его причастным к убийству Пальме.

Выйдя на свободу, Гуннарсон почти сразу же перебрался на жительство в США, поскольку, как он объяснил журналистам, обвинения, выдвинутые против него, «поломали ему всю жизнь на родине». За океаном он спокойно зажил в городке Солсбери, обзавелся новыми знакомыми, но связи с друзьями и близкими в Швеции не терял, регулярно писал, посылал бандероли и посылки, иногда звонил. И вдруг неожиданно пропал. Его приятель, с которым они договорились о встрече, обнаружил дверь дома Гуннарсона открытой. Ничто не указывало ни на вторжение посторонних, ни на намерения хозяина уехать надолго, даже документы и деньги остались на письменном столе. Приятель, прождав сутки, сообщил в полицию об этом исчезновении. Вскоре забеспокоились родители, долгое время не получавшие весточек от сына, и в полиции составили протокол, в котором были указаны приметы пропавшего и содержалось несколько его фотографий.

Труп Гуннарсона обнаружили в пустынной сельской местности за 120 километров от Солсбери. Детективам никаких, даже самых мизерных следов, зацепок обнаружить не удалось, похоже, работали профессионалы и, как заявил один из детективов, «скорее всего, гастролеры».

После сообщения об убийстве Гуннарсона группировка Ларуша разослала письма, в которых пыталась доказать, что никогда не была связана с убитым шведом и абсолютно не причастна к гибели Улофа Пальме.

Разумеется, это убийство может не иметь никакого отношения к «делу Пальме», но оно вызывает вопросы, на которые ни шведские, ни американские детективы дать ответа не могут. Почему Гуннарсон внезапно исчез из дома, никому ничего не сказав, и по своей ли воле он это сделал? Как и зачем он оказался так далеко от дома, когда его настигла смерть? Кому вообще потребовалось «убирать» человека, если он действительно никогда не совершал ничего предосудительного и никому не мешал?

Вопросы, вопросы, а время идет, и, похоже, убийство Улофа Пальме, как и Джона Кеннеди, так и останется нераскрытой тайной двадцатого столетия. Судя по событиям «вокруг» расследования, имеющего уже солидный возраст, вряд ли точки над i будут расставлены в ближайшее время. Слишком много очевидных фактов, оглашение и «сведение» которых воедино не в интересах кое-кого в Швеции и зарубежье.

 

Заговор ГКЧП

 

СССР. Август 1991 года

В марте 1990 года III съезд народных депутатов СССР отменил 6-ю статью Конституции о «руководящей и направляющей» роли КПСС. М.С. Горбачев был избран Президентом СССР.

В июне на I съезде народных депутатов РСФСР Б.Н. Ельцина избирают Председателем Верховного Совета. У советников Ельцина возникает идея ввести в России институт президентства.

Идея «президентства» не могла понравиться только что избранному Верховному Совету России. Но и у центральной власти, Верховного Совета СССР, появился мощный конкурент – российская власть, которая фактически действовала почти на той же территории. Но демократы вынесли этот вопрос на референдум. 70 % россиян проголосовали «за». Верховному Совету оставалось только назначить день выборов.

Горбачев отнесся к этим событиям с видимым спокойствием. Михаил Сергеевич занимался новым союзным договором, намечался визит в Вашингтон. В США он и узнал об избрании Ельцина Президентом России. Ельцин в первом же туре набрал 57,3 %.

Для Горбачева настало тяжелое время. Шесть лет у власти – а реформы буксуют, прилавки пустеют, ситуация в стране выходит из-под контроля. Разрекламированная экономическая программа «500 дней» провалена. А тут еще захват ОМОНом телебашни в Вильнюсе. Эта провокация лишь подтолкнула процессы распада Союза… Горбачев говорил, что для него события в Вильнюсе – полная неожиданность, ему не верят. Ельцин же отправился в Прибалтику, а 19 февраля выступил в прямом эфире и прямо обвинил Горбачева и в развале государства, и в обнищании народа.

17 марта 1991 года был проведен референдум. Итоги оказались однозначными: в девяти республиках население высказалось за сохранение СССР. Но это были тщетные усилия. Было ясно, что в прежнем виде СССР существовать не может. Необходим новый союзный договор.

В апреле 1991 года в Новоогареве начались переговоры с руководителями девяти советских республик. В сложнейшей политической ситуации 1991 года, когда все разваливалось, все рушилось – и экономика, и политика, а центробежные силы разрывали Советский Союз, Горбачев старался сохранить хрупкое равновесие между интересами центральной власти и новыми требованиями со стороны республик. К июлю подготовку нового договора почти закончили. Верховный Совет СССР поддержал проект о Союзе Суверенных Государств «в основном». 2 августа Горбачев выступил по телевидению и сказал: «Договор открыт для подписания с 20 августа нынешнего года». Казалось, было сделано все, чтобы возродить новый Союз.

Но мало кто знает о том, что Михаил Сергеевич провел секретную встречу с руководителями двух самых крупных республик бывшего Советского Союза – с Борисом Ельциным (которого считали главным политическим оппонентом Горбачева) и Нурсултаном Назарбаевым.

На тайной встрече 30 июня 1991 года на даче в Новоогарево три лидера договорились, что, как только будет подписан Союзный договор, мгновенно будут проведены выборы, создана новая команда для управления страной, а новый кабинет министров возглавит Нурсултан Назарбаев. Прежние руководители СССР должны были уйти в отставку. Но как говорил в интервью Горбачев: «Я абсолютно уверен, что эта беседа была зафиксирована органами госбезопасности».

Спустя четыре дня Михаил Сергеевич Горбачев с семьей отправился на отдых в Форос. А 5 августа председатель КГБ Владимир Крючков на секретном объекте своего комитета собрал: Олега Шенина, министра обороны Дмитрия Язова, заместителя председателя Совета обороны СССР Олега Бакланова и… что самое интересное, на этой встрече присутствовал самый доверенный человек лично Михаила Сергеевича и его семьи – Валерий Болдин, начальник его личного секретариата. По некоторым сведениям, именно он был четвертым участником встречи в Новоогарево. Заслушав информацию, товарищи поняли, что через две недели они будут «вне игры». И приговор Горбачеву был вынесен.

17 августа Крючков перед начальником 7-го Управления КГБ СССР Расчепо-вым Е.М. поставил задачу спланировать операцию, предусматривающую задержание и доставку на военный объект в Завидово президента России Ельцина.

На даче в деревне Машкино к 15 августа 1991 года была рождена аббревиатура ГКЧП, там же был разработан проект указа передачи власти Горбачевым Янаеву, там же были написаны обращение к советскому народу, обращение к народам мира и постановление № 1 о введении чрезвычайного положения и другие документы. Тогда же и началась работа Комитета госбезопасности по изготовлению печати ГКЧП, формированию групп по отключению связи в Форосе, то есть техническая разработка деталей.

17 августа на одном из объектов Комитета госбезопасности, который носил условное название АБЦ, встретились Павлов, Бакланов, Шенин, Язов, Болдин, Крючков. Во встрече принимали участие также заместители министра обороны СССР В.А. Ачалов и В. И. Варенников, заместитель председателя Комитета госбезопасности В.Ф. Грушко.

Премьер-министр СССР Павлов подробно рассказал о положении в экономике, глубоком кризисе, в который страна уже вползла и который ожидается в самое ближайшее время в еще больших масштабах.

«Я также проинформировал о ситуации в стране, – пишет Крючков в своей книге, – об усилении социально-политической напряженности, росте центробежных тенденций, осложнении криминогенной обстановки. Я заметил, что еще пару лет назад мы говорили о начальных проявлениях организованной преступности, сейчас это уже реальность. Преступность не ограничилась рамками отдельных регионов страны, вышла за пределы государства».

О кризисе в стране и резком падении престижа Советского Союза в мире говорили Язов, Шенин, Бакланов.

«В общем плане я сказал собравшимся о поступлении в Комитет госбезопасности настораживающей информации из-за рубежа, – продолжает Крючков, – а про себя думал об одной свежей телеграмме, которую я получил от нашего разведчика-нелегала всего несколько дней назад. В донесении, адресованном лично мне, разведчик сообщал, что в ведущих капиталистических странах в ближайшее время ожидают самого тяжелого развития ситуации в Советском Союзе. „Речь идет, – писал он, – о прекращении существования нашего государства. Осведомленные источники говорят об этом как о факте, который наверняка свершится, потому что, судя по всему, в Москве никто не пытается предупредить такое трагическое развитие событий“.

Сам нелегал отказывался понимать, почему нельзя помешать всему этому, почему не соблюдается Конституция Советского Союза, почему игнорируются итоги всенародного референдума 17 марта 1991 года, почему Президент и те, кто работает вместе с ним, проявляют безволие, пустили дело на самотек, более того, даже не говорят правды. Нелегал сообщал: под предлогом того, что наша страна чрезмерно велика и не в состоянии переварить занимаемое ею пространство, ставится под вопрос территориальная целостность Советского государства».

На этой встрече сформировали и делегацию, которая должна была отправиться к Горбачеву: Шенин, Бакланов, Болдин и Варенников… На следующий день визитеры поехали на аэродром «Чкаловский».

Тем временем один из крупнейших лидеров мира, Горбачев, отдыхал на объекте «Заря». Дальше произошли общеизвестные события – выключили все телефоны, отняли ядерный чемоданчик и т. д. и т. п.

Горбачев рассказал об этом так: «…Я сидел, работал над выступлением на церемонии подписания Союзного договора. Самолет на завтра был уже заказан, договорились, кто полетит. Раиса Максимовна тоже решила лететь со мной.

Днем, примерно в 11–12 часов, разговаривал с вице-президентом Янаевым. Он спросил меня, когда я завтра точно прилетаю. Я ответил, что вечером. Он пообещал меня встретить.

От работы меня оторвал начальник личной охраны Медведев. Он зашел ко мне с известием, что приехала группа товарищей. Я спросил, что это за визит, не согласованный со мной? Как эти люди здесь оказались, ведь охрана не имеет права их пропускать? Говорит, что с ними Плеханов и Болдин, руководитель аппарата президента. Вижу, что состояние самого Медведева необычное. Ну, хорошо, говорю, пусть подождут. Беру трубку, чтобы позвонить Крючкову, узнать, что это за миссия. Странно: уезжаю завтра, и вдруг какая-то группа. Телефон не работает, беру другой – то же самое. Снял трубку внутреннего телефона – не работает. Все проверил – беру красный телефон – и он «мертв». Посмотрел на часы – 16.50».

Но еще раньше происходили события, о которых Горбачев не знал и не мог знать. Взлетную полосу, с которой должен был взлететь президентский самолет, перекрыли тягачами, дачу блокировали. Все это было сделано тихо и не привлекло ничье внимание. Но заговорщикам надо было действовать быстро. К делегации, которая летела в Форос, присоединились генерал Плеханов, который отвечал за охрану всех государственных и партийных деятелей. Начальник личной охраны президента подчинялся непосредственно Плеханову. «Делегация» из Москвы прошла к Горбачеву беспрепятственно.

Первым, по плану заговорщиков, разговор с Горбачевым должен был начать секретарь ЦК КПСС Олег Шенин, а потом каждый добавил бы свое Но Горбачев перехватил инициативу. Решив, что Бакланов здесь старший, спросил его, с чего они объявились в Форосе?

Задуманный порядок нарушился. Бакланову пришлось начинать первым. Он, а вслед за ним Олег Шенин от имени ГКЧП предложили президенту передать временно свои функции вице-президенту Геннадию Янаеву «с целью навести порядок в стране».

Горбачев напомнил, что на 20 августа назначено подписание Союзного договора.

«Подписания не будет, – возразил Бакланов. – Ельцин арестован». Потом поправился: «Будет арестован в пути». Это был, наверное, элемент шантажа, давления. Бакланов заявил примерно следующее: «Михаил Сергеевич, да от Вас ничего не потребуется. Побудьте здесь. Мы за Вас сделаем всю грязную работу».

Горбачев, находясь в шоке, отказался подписывать документы о передаче власти.

18 августа в 20.00 в Кремль в кабинет к Павлову пришли Крючков, Пуго, Язов, Лукьянов, привезли Янаева, которого долго не могли найти (он был в гостях), из Фороса вернулись Шенин, Болдин, Бакланов. И делегация доложила, что Горбачев болен и принимать решения не в состоянии. Его надо срочно лечить. В качестве лекарства Янаев Горбачеву прописал… отрешение от власти.

19 августа 1991 года рано утром по радио и телевидению было объявлено о прекращении полномочий Горбачева и о создании Государственного комитета по чрезвычайному положению. Во главе ГКЧП стояли, вице-президент Г.И. Янаев, министр обороны Д.Т. Язов и его первый заместитель О.Д. Бакланов, председатель КГБ В.А. Крючков, министр внутренних дел Пуго (после провала путча он застрелится), премьер-министр B.C. Павлов, а также председатель Крестьянского союза СССР В.А. Стародубцев и президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР А.И. Тизяков.

Ельцин накануне, поздно ночью, прилетел из Казахстана, где встречался с Назарбаевым. О ГКЧП узнал утром. В 8 часов к нему в Архангельское приехали Полторанин, Бурбулис и Собчак. Приехали совершенно беспрепятственно.

Ельцин прибыл в Белый дом к 11 часам. Он ехал по улицам Москвы открыто, лавируя между танками, рядом – машины сопровождения с мигалками. Едва появившись в Белом доме, Президент России сразу дал пресс-конференцию уже собравшимся там журналистам. Настроение Ельцина было боевое. Он тут же зачитал заявление, подписанное им, Председателем Верховного Совета России Р.И. Хасбулатовым и премьер-министром И.С. Силаевым:

«В ночь с 18 на 19 отстранен от власти законно выбранный президент страны Какими бы причинами ни оправдывалось это отстранение, мы имеем дело с реакционным, антиконституционным переворотом…» Потом журналистов попросили покинуть Белый дом, потому что в Москву входят танки.

Танки в Москву действительно вошли. Четкой задачи перед ними поставлено не было, кроме того, что они должны пресекать действия неких экстремистских сил.

Приблизительно через час Ельцин вышел на площадь и, взобравшись на танк, один из тех, что по заданию Грачева охраняли Белый дом, зачитал обращение. Чуть позже он издал указ, который объявил ГКЧП вне закона. В ответ ГКЧП издал свой указ, в котором объявлял указы Ельцина недействительными.

Наконец «лидеры ГКЧП» решили как-то объясниться с общественностью и созвали пресс-конференцию в МИД СССР. В конференц-зал пропускали всех желающих, даже тех журналистов, чьи газеты были закрыты по решению этого самого ГКЧП.

Репортаж об этой пресс-конференции показали на всех телеканалах, и изумленные телезрители видели, как у главного ГКЧПиста вице-президента Янаева предательски дрожат руки.

С поддержкой ГКЧП были проблемы. Командующий Прибалтийским военным округом, получив директивы ГКЧП, приказал воинским частям не выходить за пределы своих гарнизонов и не поддаваться на провокации. Главком ВМФ Чернавин получил приказ блокировать порты в связи с чрезвычайным положением. ЧП вводилось, потому что президент болен и не может исполнять свои обязанности. Но с Черноморского флота ему доложили: видят президента живого и здорового на пляже в Форосе. Чернавин дает приказ по своим частям: ни в каких действиях ГКЧП не участвовать, кораблям продолжать нести боевое дежурство согласно ранее полученным приказам И Главком ВВС Шапошников отдал приказ не поднимать в воздух ни одного самолета без его личного приказа. Позже Ельцин назначит Шапошникова министром обороны.

Выполняя указ ГКЧП о введении в Москве чрезвычайного положения и приказ министра обороны Язова, командующий ВДВ генерал Павел Грачев обеспечивал прибытие в столицу 106-й Тульской воздушно-десантной дивизии и взятие под охрану стратегически важных объектов столицы. Тулякам он отдал какой-то странный приказ: «торопиться, не спеша». Из этого следовало, что Грачев пытался предугадать «чья возьмет». Тогда еще никто не догадывался, что Главком ВВС Евгений Шапошников с радостью обнаружил в Павле Сергеевиче своего единомышленника и они уже вели между собой телефонные разговоры на эзоповом языке. Грачев тогда рассчитал все точно: как и Шапошников, скрыто игнорируя приказы министра обороны, он дал понять засевшим в Белом доме, что никаких силовых мер против них предпринимать не будет. Выдвинув десантников к Белому дому с целью блокирования стратегического объекта, затем, когда ситуация стала меняться не в пользу ГКЧП, Грачев превратил их из блокировщиков в «защитников». То был ловкий ход, за который Ельцин вскоре пожаловал Павлу Сергеевичу должность первого зама министра обороны.

А 20-го в Белом доме была устроена новая пресс-конференция, которую на этот раз вел Владимир Лукин. На площади перед Белым домом собралось около 200 тысяч человек. Белый дом скорее напоминал проходной двор, а не логово мятежников. Никому и в голову не пришло его блокировать.

Поздно вечером 20 августа в Белый дом явился офицер КГБ и принес план подготовки штурма здания, который якобы должен был начаться в 2 часа ночи. На дверях кабинетов срочно стали менять таблички, чтобы сбить врага с толку. Руцкому предложили для маскировки наклеить бороду. Часть депутатов собралась в зале Совета национальностей и провела там всю ночь. Но штурм так и не состоялся, ни в 2 часа, ни позже Потом командиры «Альфы» утверждали, что они штурмовать Белый дом отказались. ГКЧПисты говорили, что они и не собирались никого штурмовать.

Эти несколько дней и ночей, которые проходили в ожидании штурма, нагнетали состояние психоза. Перед телекамерами взволнованные защитники Белого дома говорили, что они насмерть готовы стоять за свободу и демократию «Они не пройдут!» О том же говорило радио «Свобода». По городу ползли слухи об «Альфе». Тревога нарастала А с наступлением темноты еще больше усилилась. Стали строить баррикады. С балкона Белого дома отдавал команды Руцкой: в случае чего, огонь открывать без предупреждения!..

В 23 часа колонна БМП выдвинулась на патрулирование. На пересечении Садового кольца с Калининским проспектом при въезде в тоннель БМП и солдат стали забрасывать камнями, палками и бутылками, в траки вставляли арматуру. Трое москвичей при этом погибло.

Коллегия Министерства обороны приняла решение: «Вывести войска из Москвы». Эго произошло с 8 до 9 часов утра 21 августа 1991 года. А в 10 часов весь ГКЧП срочно прибыл в Министерство обороны. Крючков, Тизяков, Бакланов, Плеханов, Шенин настаивали на продолжении борьбы. Произошла грязная перебранка.

ГКЧПисты срочно выехали в аэропорт Внуково. Бакланов, Тизяков, Плеханов, Ивашко, Крючков, Лукьянов, Язов полетели в Крым. Лукьянов в телефонном интервью главному редактору «Московских новостей» Егору Яковлеву сказал, что Горбачева «незаконно удерживают» в Форосе, что он «не может не поехать к человеку, с которым его связывали 40 лет», что он полетит к нему во что бы то ни стало, даже если его «там прикончат».

Но это не мешало Лукьянову сидеть в самолете рядом с Баклановым и расспрашивать о встрече представителей Комитета с Горбачевым три дня назад, 18 августа, на «Заре». Спикер вникал в детали, стараясь обнаружить в словах, тоне, которым они произносились, пространство для маневра в предстоящем нелегком разговоре с президентом.

Позже многие будут недоумевать, зачем заговорщики полетели в Форос к президенту, столь грубо оскорбленному ими?

Конечно, в Москве сидеть сложа руки не было резона. Армия уходила. Верховный Совет России требовал возбудить против ГКЧП уголовное дело. Лукьянов, как только стало ясно, что заговор обречен, демонстративно отмежевался от ГКЧП, Янаев был полностью деморализован.

Уже через пятнадцать минут полета подтвердилась правильность принятого решения. В самолет позвонил начальник Генерального штаба министерства обороны СССР Моисеев. Он сообщил Язову, что Ельцин намерен отдать распоряжение задержать самолет в аэропорту и всех членов ГКЧП арестовать.

Ельцин также решил лететь в Форос освобождать Горбачева. Может быть, не вместе с Крючковым, но сам. Лично. Его пытались отговорить соратники: «Вас собьют, кому вы верите, Борис Николаевич!» И Ельцин сказал: «Ну ладно, Саша, давай ты». Вице-президент Руцкой взял самолет, к нему присоединилась группа офицеров. В Форос к Горбачеву первыми прибыли путчисты. Но Горбачев дождался истинных спасителей – посланцев Ельцина.

Руцкой влетел на объект «Заря» и увидел Горбачева, который произнес: «Саша, спасибо, что приехал, спас меня от этих подонков и негодяев». Они обнялись. В руках у Руцкого было оружие… В этот момент по лестнице спускалась Раиса Максимовна Горбачева. Руцкой вспоминал: «Ни одна актриса не может сыграть того, что было у нее на лице. Она думала, что я приехал их расстреливать».

Руцкой забрал чету Горбачевых в свой самолет, взял с собой Крючкова. Во время полета Руцкой и Горбачев выпили бутылку водки…

На этот раз Руцкой обогнал самолет, в котором летел Дмитрий Язов. На аэродроме маршала ждал генпрокурор Валентин Степанков.

Следователи посадили в машину арестованных ГКЧПистов. «Пазик» отвез их в санаторий «Сенеж». Это было часов в 6 утра. А в восемь на каждого из них уже были направлены видеокамеры, их начали допрашивать. В состоянии шока они стали говорить все. Первый допрос Язова закончился тем, что он попросил сказать несколько слов Горбачеву. Следователь разрешил. Обернувшись к камере, маршал произнес: «Дорогой Михаил Сергеевич, я старый дурак, ввязался в эту авантюру. До конца дней моих меня будет жечь позор за принесенные Вам, стране и народу обиды».

Правильно сказал кто-то из журналистов: «Горбачев вернулся в другую страну». Когда 23 августа Горбачев приехал в Белый дом на сессию Верховного Совета, его встретили плакатами «В отставку». Его время истекло. У страны появились другие герои. После путча наступило время Ельцина. Победители стали делить «трофейное имущество». Ельцин со своим аппаратом переехал в Кремль: президент СССР потеснился в первый корпус, а президент России занял четырнадцатый, у Спасских ворот.

Августовский путч спровоцировал распад СССР. Союзные республики объявили о своей независимости.

 

Заговор Бин Ладена против США

 

США. 11 сентября 2001 года

После окончания «холодной войны» США оказались неспособны признать, что перед ними встают новые, совершенно непривычные угрозы. Америка привыкла к тому, что у нее один враг – Советский Союз, и к борьбе с ним она когда-то серьезно подготовилась. Но в отсутствие идеологического конфликта все оказалось намного более расплывчато и непонятно. Страна вплоть до последнего времени переживала некоторую эйфорию, связанную с тем, что она – единственная супердержава. Все изменилось 11 сентября 2001 года.

Такого дня у американских авиадиспетчеров еще не было. Красная тревога во всех 22 контрольных центрах воздушного ведомства FAA от побережья до побережья. Ни единого случая угона в США за последние десять лет, и вдруг – за один час – четыре.

Два угнанных «Боинга» врезаются в 110-этажные башни-близнецы Всемирного торгового центра, третий – падает на Пентагон, наконец, четвертый терпит крушение в окрестностях Шенксвилла, на западе Пенсильвании. Тысячи погибших…

Кадры, запечатлевшие, как на Манхэттен обрушивается чудовищный серый вал от двух рухнувших небоскребов Всемирного торгового центра, обошли весь мир. Сила взрыва, как считают, достигла тротилового эквивалента атомной бомбы. Знаменитые стальные конструкции, гордость американской строительной техники, на которых держались здания, смогли бы, возможно, выдержать даже и такой взрыв, но пожар расплавил металл…

Мало кто видел самую жуткую сцену, как еще до этого люди, которые оставались в здании, выходили на подоконники и поодиночке, а чаще вдвоем – взявшись за руки – бросались вниз с высоких этажей. Они предпочли встретить смерть на земле, потому что оставаться внутри горящего здания было еще страшнее. Позднее эти кадры были подвергнуты цензуре, и их не пустили в эфир.

Здания на глазах всего мира рухнули, погребая под собой, в числе многих жертв, пожарных, спасателей, полицейских. Пожарных 11 сентября здесь погибло больше, чем за полтора с лишним века существования противопожарной службы города. Еще одно трагическое сопоставление: за утро здесь и в Вашингтоне, в здании Пентагона – погибло больше американцев, чем за самый кровавый год войны во Вьетнаме.

Среди тех, кто находился в одном из небоскребов нью-йоркского Всемирного торгового центра в момент, когда произошел теракт, был российский гражданин Геннадий Потылицин, работающий по контракту аналитиком в финансово-инвестиционной компании «Лиман Бразерс». Он рассказал в интервью «Комсомольской правде» о пережитом им ужасе: «Наш офис размещался на 40-м этаже северной башни центра. Той, которую поразил первый самолет террористов. Я приехал на работу в 8.30 утра и пошел сполоснуть чашку для кофе. В этот момент раздался резкий удар, и здание сильно качнуло в одну сторону и через несколько мгновений – в обратную. Сразу же погас свет. Толчок был столь ощутимым, что я едва устоял на ногах. Все, кто находился на этаже (несколько десятков человек), высыпали в коридор. Почему-то мы решили, что началось землетрясение. Бросились к лифтам, но они не работали. Замолчали и телефоны. Тогда минут через пять мы решили спускаться по лестнице.

Особого страха сначала не было, лишь истерически рыдала одна из наших сотрудниц. Десять этажей прошли нормально, но потом из всех щелей повалил густой едкий дым. Еще через несколько пролетов нам на головы полилась вода из разорванных труб.

На лестницу с других этажей выбегали все новые люди. Началась давка, переросшая в панику. Я успел заметить на одной из площадок двух инвалидов на колясках. Все бежали мимо, а они, беспомощные, с отчаянием смотрели на тех, у кого был шанс спастись. Господи, какие же страшные у них были лица…

Лестница вывела нас в торговый комплекс, расположенный под небоскребами центра. Здесь были очень сильные разрушения. Видимо, когда небоскреб «повело», внизу лопнули и погнулись многие стальные балки каркаса, просели бетонные опоры. Запомнилась «завязанная в узел» вращающаяся дверь одного из выходов…

В это время раздался взрыв на второй башне. Подоспевшая полиция вытолкала нас в близлежащий сквер. Пожар разгорался. На наших глазах из верхних этажей южного небоскреба выбросились несколько человек. Один из них уже горел… Мы побежали по Бродвею – подальше от места катастрофы, и тут рухнула первая башня. Через несколько секунд меня настигла ударная волна и накрыло облако густейшей пыли. Вместе со всеми я бежал из последних сил, пока не выбрался на безопасное место.

Мне кажется, в нашем северном небоскребе многие из тех, кто был на этажах ниже уровня самолетного тарана (80-й этаж), успели спастись. А вот люди, отрезанные пожаром наверху, скорее всего, погибли. Но ведь там же еще было 30 этажей!

Еще больше жертв должно быть в южной башне. В нее «Боинг» ударил на уровне 60–70-го этажей».

Паника охватила американскую столицу. Узнав о нападении террористов, власти тут же начали эвакуацию Белого дома, Капитолия, правительственных учреждений. Лидеры Конгресса нашли прибежище в каком-то бункере.

Министр обороны Доналд Рамсфелд, штатское лицо, оказался единственной крупной государственной фигурой на своем рабочем месте, в Пентагоне. Но именно здание министерства обороны оказалось объектом нападения террористов. Взрыв раздался в девять сорок пять, и уже через пять минут начался великий исход, эвакуация здания. Пожар длился многие часы, и министр все это время руководил спасательными работами.

Президент Буш на своем самолете в тот день совершил несколько взлетов и посадок в разных концах страны, причем средства массовой информации сообщали лишь о том, где он уже успел побывать. Прошло несколько часов после взрывов, когда наконец было передано обращение президента Буша, на пленке, не в прямом эфире. Оно было записано на военно-воздушной базе, которую президент уже успел к тому времени покинуть. В семь вечера президент наконец появился в столице и в восемь тридцать обратился к народу уже в прямом эфире.

Конгрессмены и сенаторы перезванивались по телефону: что делать, где собираться, ведь эвакуирован Капитолий, сидеть ли дома или добираться к избирателям в свой округ? (Авиалинии прекратили работу). Ждали новых выступлений террористов, газовых атак на города…

Не вызывает сомнений, что два самолета с самого же начала операции предназначались для уничтожения Всемирного торгового центра (ВТЦ), двух башен-близнецов в Нью-Йорке. Третий, возможно, был нацелен на Белый дом, но в последнюю минуту перенацелен на Пентагон, поскольку пилот-террорист мог не найти спрятанный в зелени листвы невысокий Белый дом. Что же касается Пентагона, то это огромный, легко различимый с воздуха пятиугольный комплекс – самое большое из зданий аппарата управления страны.

Четвертым самолетом, возможно, планировалось взорвать летнюю резиденцию президента США в Кэмп-Дэвиде. Есть такая версия. Именно там происходили вошедшие в историю переговоры по урегулированию положения на Ближнем Востоке. Но лайнер врезался в землю неподалеку от Питтсбурга. Возможно, на его борту произошла борьба, которая помешала осуществить замысел террористов.

Однако почему именно ВТЦ послужил объектом нападения террористов? Учреждения, арендовавшие в двух башнях ВТЦ служебные помещения, олицетворяли частный капитал, мировую торговлю. Невообразимо высокие башни служили красноречивым символом могущества и богатства Америки, ее «мирового господства». Неподалеку – Уолл-стрит, биржа, часть Нью-Йорка, где произошла невиданная в истории концентрация мировых денег. Когда говорят о Нью-Йорке, что он – «финансовая столица мира», речь идет как раз об этой части города.

Для террористов, задавшихся целью унизить Америку, растоптать ее престиж и идеалы, ВТЦ был идеальной целью. Недаром именно здесь, в одной из башен Центра, арабские террористы предприняли в 1993 году первую попытку «взорвать Америку».

К тому же сами башни, выстроенные еще в 70-е годы, долгое время считались самыми высокими в мире.

Новый директор ФБР Роберт Мюллер сообщил прессе, что на расследование терактов брошена четвертая часть всех сотрудников бюро – 4 тысячи агентов, установлены фамилии многих террористов, большинство из которых были гражданами Египта, Саудовской Аравии или Объединенных Арабских Эмиратов. По всей Америке и за ее пределами начаты поиски их сообщников. В штатах Массачусетс, Род-Айленд, Флорида и даже в немецком городе Гамбурге уже задержаны около 20 человек.

Картина того, что творилось на борту захваченных самолетов, теперь слегка прояснилась. В каждом из них оказались, как считают теперь власти, от трех до шести террористов, вооруженных резаками. Резак – острое лезвие в пластмассовом корпусе В домашнем хозяйстве такими режут картон. На спецконтроле в аэропорту резак сойдет за бытовой инструмент. Но в умелых руках он вмиг перерезает горло.

Судя по некоторым звонкам пассажиров с борта, террористы грозились взорвать самолет Но настоящих бомб у них не было. После взлета они нападали на стюардов или затевали драку с пассажирами, подкарауливая, когда озадаченные происходящим пилоты откроют изнутри ведущую в кабину дверь.

После этого они врывались внутрь и полностью брали контроль над лайнером. Летчиков убивали сразу или после того, как они подчинялись приказам.

Террористов было, как считают, всего 18. По четыре-пять на каждый угнанный самолет В каждой группе было кому завладеть управлением и довести машину до места запланированного взрыва Установлено даже, кто из угонщиков, где и когда получал в США (в штате Флорида, в частной школе) соответствующую подготовку, научился летать на американских самолетах.

Обнародованы имена террористов. Власти, ведущие расследование, установили, каким образом и через какой контрольно-пропускной пункт (дело было в штате Мэн) они пробрались из Канады в США, как, когда и где делались пересадки с одного вида транспорта на другой (в Портленде), где покупались авиабилеты, какие брались напрокат автомашины, какими банковскими счетами пользовались… Однако без посторонней помощи террористы не справились бы с этой крупномасштабной, четко проведенной акцией. Организаторы грандиозного заговора остались в тени.

Первый, на кого сразу пало подозрение, это заклятый враг США террорист-миллионер Усама бин Ладен, который скрывался в Афганистане и выполнял функции министра обороны у талибов.

В США же в виновности Усамы бин Ладена не сомневались. «Мы уверены в этом более чем на 90 процентов, суммируя информацию ЦРУ и ФБР», – заявил один из высокопоставленных сотрудников американской администрации.

В то же время сам ден Ладен заявил, что не причастен к последним терактам, хотя и восхищен летчиками-смертниками.

«Мы с помощью Аллаха призываем всех правоверных мусульман выполнить долг перед Всевышним – долг убивать и грабить американцев, где бы они ни находились», – это одна из фраз, выпущенных бин Ладеном.

Усама бин Ладен родился 28 июня 1957 года в саудовской Джидде. Он стал 17-м ребенком в семье – один из 52 (!) детей. У его отца, крупного строительного магната, было около 20 жен. Усама – единственный сын 10-й жены миллиардера Активы этой семьи оцениваются в несколько миллиардов долларов. У самого бин Ладена на банковских счетах от 200 до 500 миллионов долларов. Он владеет несколькими фирмами, которые занимаются строительством и сельским хозяйством Ему удалось убедить других арабских толстосумов жертвовать колоссальные средства на «джихад».

В 1980-е годы Усама бин Ладен уже участвовал в «священной войне» На его деньги закупалось оружие и строились учебные лагеря для моджахедов, боровшихся против советского «ограниченного контингента» в Афганистане. Бин Ладен лично участвовал в афганских боевых действиях во главе отряда арабских боевиков, а затем в качестве одного из руководителей мусульманских наемников в этой стране. В боях он потерял глаз Рассказывают о жестокости бин Ладена он лично участвовал в расправах над безоружными пленными.

В 1980-е годы США тратили сотни миллионов долларов на поддержку афганских боевиков. Что-то, разумеется, перепало и бин Ладену. В то время «империей зла» для бин Ладена и Вашингтона служила Москва. Общий враг и единая цель сближают.

После ухода советских войск из Афганистана в 1989 году бин Ладен сохранил крепкие связи с бойцами «сопротивления». Но у него появился новый враг. Он создает группировку «Аль-Кайда» («Основа»). По его словам, в то время он понял, что «США заняли место Советского Союза в качестве главного врага ислама».

В 1994 году власти Саудовской Аравии лишают бин Ладена подданства за поддержку оппозиции и «провокационные действия».

Впрочем, это не помешало мультимиллионеру бин Ладену организовать несколько терактов на родине, взрывы в Эр-Рияде в 1995 году и на американской базе Эль-Хобар в 1996 году – тогда погибли 24 американца.

Правда, всемирную известность бин Ладен обрел еще раньше. Попытку взрыва в здании Всемирного торгового центра в Нью-Йорке в 1993 году также приписывают бин Ладену. У следователей, разбирающихся с обстоятельствами терактов у американских посольств в Найроби и Дар-эс-Саламе, нет сомнений, что экстремисты выполняли указания бин Ладена.

В 1998 году бин Ладен заявил о создании организации «Всемирный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев», объединившей несколько группировок Американские спецслужбы полагают, что бин Ладен успел заручиться поддержкой известных экстремистских организаций: «Исламская группа» в Египте, «Вооруженная исламская группа» в Алжире, «Харкатуль Муд-жахеддин» в Пакистане, Исламское движение в Узбекистане, а также оппозиционные группировки в Саудовской Аравии. Террористическая армия бин Ладена, по различным данным, насчитывает от 3 до 20 тысяч человек. Большинство из них – ветераны афганской войны с «советскими завоевателями», на которую ЦРУ потратило около 3 миллиардов долларов.

Похоже, дело Усамы бин Ладена и руководимой им исламской террористической организации «Аль-Кайда» будут распутывать годами. И вряд ли распутают до конца. Оно обрастает все новыми эпизодами. Члены ячеек «Аль-Кайды» безжалостно расправлялись со случайными свидетелями и деловыми партнерами, посвященными в тайны сообщества, приторговывали наркотиками, занимались подделкой документов, отмывали деньги.

«Аль-Кайда» пустила корни по всему миру, взяв на вооружение тактику «спящих агентов». Что это значит? Молодой мусульманин проходил подготовку в одном из лагерей «Аль-Кайды», возвращался к себе домой – к примеру, в Малайзию – и «засыпал». Женился, заводил детей и вел жизнь законопослушного гражданина, покуда невидимый паук не дергал нить паутины, в которую малаец однажды в юности угодил.

Наиболее комфортно конспираторы чувствовали себя в благополучных странах свободного мира, где господствуют веротерпимость и этническая пестрота Известно, что опорными пунктами заговорщиков были Гамбург, Париж и Лондон. Плотная сеть ячеек покрыла Италию, Грецию и Испанию. Не вызывает сомнений присутствие террористов в странах Юго-Восточной Азии, мусульманских государствах Африки, в Латинской Америке.

Важно другое «Аль-Кайда» не выжила бы без поддержки правительств тех стран, где она гнездилась. В разные периоды своей недолгой истории она пользовалась покровительством суданского, ливийского, пакистанского режимов и, конечно же, афганского Талибана. В 1996 году суданские власти, устав от санкций, сначала арестовали и выдали французскому правосудию Карлоса «Шакала», а затем предложили Клинтону экстрадицию бин Ладена. Однако юридические эксперты Белого дома, изучив вопрос, пришли к выводу, что администрация не располагает достаточными доказательствами его причастности к попытке взрыва Всемирного торгового центра в 1993 году и может попросту проиграть судебный процесс. Так бин Ладен оказался в Афганистане. И США начали антитеррористическую операцию в этой стране…

 

Читать дальше:
 

Великие заговоры часть 13

Убийство императора Александра II. Убийство Эрцгерцога Фердинанда. Заговор против Распутина. Октябрьский переворот большевиков. Заговор эсеров против Мирбаха.

Тайны истории - часть 4

Загадка «Велесовой книги». Тайны Сахары. Полураскрытые секреты пустыни Наска. Чаша Грааля.
 

Добавить комментарий

5 + 2 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.